На мандельштамовских чтениях в Воронеже. 31 мая 1994

Владимир Микушевич

ВЕРОГИМН






[Назад]


           Звали Зверя Тень Врак, его брат Ослоном строил Храм; быть бы мог он слоном, и ему говорили бы "ом!", рекли бы раньше времени "аминь!" и приходилось бы добавлять "подъём мух!", ибо из мух происходит ум, чья вершина - майя, Я Ям, жди даже нави, всё равно наваждение, но что навевает навь, то возрождает вождь, а Моносол - соль земли, как будто нет ничего, кроме этой соли, пока она не выдохлась, и осёл мудрее слона: ось Божья мудрей того, что вокруг неё вращается, на осле Бог ездит, и Ослоном упоил вином брата своего, но неужто требуется тень врак, чтобы построить Святая Святых? И зверя сковывают вериги веры, на коих имя Того, Чья ось - мудрость.
           Но когда Богозверь скован Божьим именем, грех звать его тень врак, и он зовётся Хорин, ибо вторит ему хор тварей, и не он ли Хорс, в коем угадывается Солнце Правды, ибо и он, и Ослоном, и Солнце Правды - сыны Дива, он же зовётся Дадив, и Богозверь подобен Богочеловеку.
           Ослоном и Тень Врак чают Верховного Верхового.
           Для строительства Храма требуется немка, немка же не режется жезлом, и зло не для лоз, а Зверь не знает, где гнездится птица Кокто, она же птица Шарим, а этой птице ведомо, чем режется река-зло, из которой выходит смерть, но река-зло режется, для чего требуется камень ламаз: злое же не режет зло; где река-зло, там рак сота, и река-зло режется красотой.
           Не тень врак ли - рак сота? - думал Ослоном. Зверь забросил бы Ослонома в рай, а забросил его лишь на край земли, но и там София.
           А Зверя принял Амор, назвавшись Море, без чего был бы на земле мор, но в море Нежа постигает истинное имя Зверя: Сватирок, и от него родится царь Вероем, чьё царство на Востоке Вероимя.
           Где Вероимя, там Верогимн; и от Верогимна происходит Крюки, ибо крюками пишется литургия.
           Князь Крюки, царь Иноан, и у него иной, небесный Предок.
           Выплыл Сватирок на берег и сказал: "Им рек имя", а сам назвался Лов Ноши. В краю "Им рек имя" воздвиг Лов Ноши микрохрам.
           А в Пари-городе Сватирок воздвиг храм, именуемый Женотрон. Ибо некая жена звалась Лада На Миг, пока её не осиял Имнамсвет, а в кого вошёл Он, тот выходит из себя в себя, сказав: "не бес ли я", так попала она в сеть, зовущуюся "Свет", и Свет попал в неё, и не осталось ничего, кроме благоухания, и назвалась она Миг Ладана; но когда был Свет похоронен, дабы явиться ей и в ней, открылось её имя истинное: Мирая Лада Гимна, и от неё происходит Верогимн.
           Сватирок плыл по морю и кричал: "Ау, Град!", и возник над ним Угадар, и засияло царство Радуга, где царица Сот Лика, Большая Медведица, а где сот, там Стол Лика, он круглый, и за этим столом сидит царь Урарт с двенадцатью рыцарями; et in Arcadia ego, и в радуге я один из цветов, каждый из семи поочерёдно.
           Ау-Град угадал, Где Сам-Град: вокруг престола Божьего, а сначала то был третий глаз Недницы, когда он ещё звался Сот Лиана; Сот Рака, Сот Лика, Сот Лиана - тварная троица; но Недница пал на дно, хоть и звался всё ещё Денница, но перестал он быть сотом, зовясь Атасна, отец наваждений; видит всё, но не видит Сам-Града, ибо лгаз не видит истинного глаза.
           Грядущаго града взыскуем иже есть Сам-Град.
           Сам-Град - камень истинный, немка - лжекамень, а ещё есть камень Трепет, от которого остаётся Perte, Петроя, ибо Трепет от отречения, когда камень - лишь намёк на твердыню, и следовало бы сказать Папетр, паперть, преддверие Церкви, а говорят "папа", up, up, вверх, вверх, но верх вер - Сам-Град, без коего паперть - лишь потеря, а когда потеря выдаёт себя за первенство, это-му соблазну подвержен Imperitus (несведущий), и отсюда impertinence (дерзость), чему противостоит Имя Пери, а пока Имя Пери и Петроя борются, Сам-Град недосягаем.
           Имя Пери - обмолвка, коей знать не хочет Лада Гимна.
           Видит Хорин Сам-Град и никак не умрёт, хоть его смертельно ранил Лонгин, ещё не ведавший, что он Лоэнгрин, а Сам-Град в себе таит Sang-Ra-El (Богокровь).
           Граф Режь Семь Жен привёз в Терпи-город камень по имени "Писал Бог неведомый", а в Терпи-городе был царь Плева, коего пронзили шпагами, приговаривая: Бог не бог,.. гобелен... и выросли бы плевелы, но Лев пел, орёл орал, летец полол, человек прозябал, давая имена Неднице Юле Цифр, и Фриц пришёл на Русь искать Сам-Град. Врагу противостоял Парс Унит, единый с богокровью, но и его кровь пролили. Негоже кланяться тебе, Юле Цифр, и грядет Юл Век, рода тройческого, троянского; Лада Гимна царит, и Верогимн царствует, заповедав мне: МЕЧИ В УШКИ.

2. 05. 1996

[К оглавлению]

<< К оглавлению