Михаил Вербицкий

ГОРОД ТИР

[Назад]



* * *

Во сне я видел город Тир
И никого на улицах и в домах
И никого, чтобы зажечь свет 
И никого, чтобы подать напиться.

Во сне я видел город Тир
Его семь стен были в развалинах
Его окна были разбиты
Его жители куда-то исчезли.

Когда я проснулся, я поглядел за окно
Я увидел, что улицы моего города пусты
Я увидел, что нет никого, чтобы зажечь огонь
И нет никого, чтобы подать напиться.

И я понял, что я не проснулся.
Я понял, что я сплю, и вижу сон,
Что я вижу сон.
И я решил, что лучше не просыпаться. 

17. 3. 89



* * *

И новый праздник обьявили колдуны,
Пусть явится и каждый и некаждый.
Я в стену врос - и нету той стены,
И я бреду на сцену, мучим жаждой.
Хлопушками гремят колокола.
Повсюду колдуны, жрецы и тени.
Протиснуться бы к краешку стола!
В глазах рябит - сплошное мельтешенье.

И десять дней священный длится бал,
И десять дней ещё, для полной меры.
И жрец устал, и конь его устал.
Устали музыканты и гетеры.

И жрец устал, и конь его охрип.
Встаёт, сжимая донышко бокала,
Ещё колдун, весёлый, словно гриб,
И тост звучит, за здравие шакала.

И в бесконечность пятится провал
Священные жаровни догорели
Всем чудится девятый страшный вал
И некому спасти нас от веселья. 

И целый год проходит как кошмар.
И зреет шторм, и гордо стонут птицы.
Как странно - город охватил пожар,
И страшно как, и хочется молиться.

Как будто парус, надувало стыд,
И ветер гнал огни из океана.
Прибой гасил прибрежные кусты,
И ангелы шептали нам осанну.

Но цезарь, оторвавшись от забав,
Предал огню традиции и право.
Наказан был кто прав и кто неправ,
Ужасна была царская расправа.

И город догорел, и все дома
Не думайте о празднике, о Боге
Приходит вечер, и пришла зима.
Жрецы и колдуны сидят в остроге.

Да что же мы и что же колдуны...
Растут леса, средь тишины и мира.
Мы знали всё - и что кому должны,
И что должны нам, нищим или сирым.

Мы знали всё - что свято, что грешно.
Следы веков в дорожной рвутся пыли.
Мы знали всё - не всё ли нам равно?
Мы знали всё... мы знали всё... забыли.

И только где-то в горле рвутся дни.
Засохло море, сократилось царство.
Прошли года, и Боже сохрани,
От праздника, и мора, и коварства.

И нищим светит солнце, как светильник.
И катится попятно небосклон.
И хочется кидаться от бессилья,
Но некуда, и нерушим Закон.

И так тянулось время, как резина.
Давно забыты сны и колдовство.
Лицо страны, подёрнутое тиной.
Назвали "процветанием" его.

И в тихом сне проходит жизнь и ближе
Подходит осень, смерть, зима, зола,
И жизнь прошла, под стать болотной жиже,
И жизнь прошла, под стать и жизнь прошла. 

И жизнь прошла, под стать речному илу.
Под слоем тины вражий лик страны.
Забыты и пожары и могилы,
И умерли в остроге колдуны.

И долго будут ждать колокола,
А среди неба отдыхают птицы
Корявой деревушкой в три угла.
Нам некому и не о чем молиться.
И только где-то в горле рвётся нить.
Мы вспоминаем праздник и природу.
Нам хочется реветь, бежать и выть,
И чувствовать мятежную свободу.

А среди неба, среди тишины
Распятый жрец, брильянтовые пажити.
И празднуют беспечно колдуны -
Их изувеченные лица в лунной кашице. 

1, 4, 9 Ноябрь 96



МУЖИК СУКОВАТОВ

В 12 часов по ночам,
Лишь полночь пробьиот на часах,
Мужик Суковатов несется,
Несется в личных сапогах.
Г. Помяловский.

Кристальное небо в зачумленных снах,
Кривые осколки летучей воды.
Я спал, и мне снилось: в своих сапогах
Мужик Суковатов, обломок пизды.
И в полночь несется старик по стене
Мужик Суковатов, народный герой.
Я спал, и не видел: один, в полусне,
Летит Суковатов ночною порой.
Забыть не хотел, и не мог позабыть:
Заросший по пояс в кусках бороды,
Летит среди неба, как дым из трубы,
Мужик Суковатов, обломок пизды. 

17 окт 96



FAEL-INIS 1

Мы бросаемся в водопад,
Fael-Inis, всё вниз и вниз.
Светит ночь, ослепляет взгляд.
Солнце чёрных зверей и птиц.

Мы бросаемся в водопад
Нам темно, у углов земли
Fael-Inis, один, наугад,
Сверху падали корабли.

Fael-Inis, как бросали взгляд,
Убивали зверей и птиц,
Мы бросаемся в водопад,
Солнце чёрное светит вниз.

Как темно - осторожный слой
Сон снимает, слепой песок.
Звёзды падают, ночь и зной,
Человечества чёрный сок.

В водопаде темно и дождь.
Бьют часы наугад, навзрыд.
Не теряй, не терпи, не трожь.
Всё равно ничему не быть.

Ты среди незнакомых птиц
И часы стучат наугад.
Солнце чёрное, Fael-Inis,
Мы бросаемся в водопад. 

4 Окт. 96

[К оглавлению]


1читать здесь: Ф`ел-Ин`ис.

<< К оглавлению