Аркадий Малер

РЕВОЛЮЦИЯ КАК ИНИЦИАЦИЯ*

[Назад]

1. ПОСЛЕ ДВУХ ВЕЛИКИХ ЭКСПЕРИМЕНТОВ


          Фундаментальный тезис сугубо нашей критики современного мира заключается в том, что мы определяем современный мир как предел духовного вырождения. Духовность как совокупность высших, сверхчеловеческих этических норм может быть передана человеку только посредством Традиции, от которой современный мир полностью отказался. "Современным миром" можно называть евроатлантическую цивилизацию примерно с 14 в. (следуя Рене Генону). Именно этот период истории человечества, выраженный в духе Просвещения, мы однозначно определяем как эпоху Конца, отождествляемую с "железным веком" эллинов и Кали-югой индусов. Что же касается сугубо современного мондиалистского мира, то это мир предельного вырождения, это мир конца самого Конца, конца "железного века", конца Кали-юги.
          Эту эпоху, эпоху "реальной доминации капитала" (в марксистских терминах), мы определяем как предел вырождения именно потому, что она является постэкспериментальной. В 20 в. произошло два великих эксперимента в попытке противостоять современности, две версии Консервативной Революции - это право-экстремистские режимы Запада и лево-экстремистские режимы Востока. За внешней риторикой социального обновления в обоих случаях стояла идея радикального преодоления человеческой природы, всеобщая инициация через служение сверхчеловеческим идеям "фашизма" и "коммунизма". Оба проекта провалились, и в этом трагическом провале виновны не сколько объективные враги - мондиалисты, - сколько сами реализаторы этих фантастических программ. Как практики "справа" не смогли до конца проникнуться необходимостью перманентной революционности, так теоретики "слева" не смогли осознать свою сугубо традиционалистскую, сверхконсервативную сущность. Именно эта духовно-интеллектуальная дефектность обоих проектов позволила их адептам поддаться силам энтропии. Из краха обоих проектов мондиалистские эмиссары утвердили, что порочна сама апелляция к идее "преодоления человека", что от любого намёка на эту "ницшеанскую" идею необходимо отказаться.
          Итак, мы живём не просто в период пост-традиционного общества, а в период постэкспе-риментального общества т.е. после двух великих экспериментов радикальной реставрации традиционного общества. Апелляция к нормам Традиции и первозданной человеческой чистоте сегодня выглядит несравнимо более нонконформно и экстремистски, чем в начале 20 века. Концлагерь современного мира - это концлагерь бесконечного Диалога, бесконечного инновационного обмена без цели и смысла, где человеку всякий раз напоминают его ограниченный метафизический статус. Но если раньше мондиализм утверждал эту ограниченность как норму, то сегодня, после двух великих экспериментов по выведению Сверхчеловека, эту ограниченность мондиализм возводит в идеал.

2. ОТКАЗ ОТ ТРАДИЦИИ И ИЛЛЮЗОРНАЯ ПОДМЕНА (НА ПРИМЕРЕ ПРАВОСЛАВИЯ)


          В современной мондиалистской цивилизации никакая Традиция невозможна. Отход от Традиции уходит в глубь веков. Если говорить о Христианстве, то первым апостасийным событием было утверждение католической ереси, вторым - Обложка членского билета национал-большевистской партиипринятие византийской Православной церковью Флорентийской унии и, как следствие, падение Византии, Второго Рима, третьим - никонианская реформа Русской Православной церкви, Раскол и, с пришествием Петра, как следствие, падение Третьего Рима.
          Ни о каком полноценном аутентичном Православии после 1666 г. (год Раскола) говорить нельзя. Логично задать вопрос - откуда сегодня может появиться полноценный православный христианин? - если в России 200 лет было синодальное православие, а 70 лет советской власти - вообще никакого. Отменённое Петром Патриаршество было возвращено большевиками и, следовательно, современная никонианская церковь должна или признать не просто легитимность большевистской власти, а её особую позитивную миссию, или отказаться от Патриаршества. При этом, современный промондиалистский режим всеми силами разыгрывает карту "Православия", дабы придать себе некую религиозную легитимность. Здесь необходимо понять, что этот откровенный цинизм не есть частный случай современной России, а глобальная ситуация современного мира.
          Если отцы-основатели мондиализма объявили религиозным и традиционным институтам войну (что было вполне адекватно по отношению к тому, во что превратилась католическая церковь эпохи Просвещения), то сегодня мондиализм использует "традицию" в своих прямых целях - подавлять все консервативно-революционные настроения. Так, очень много современных людей, интуитивно догадывающихся об апостасийности современного мира, уходят в религиозные институты (или их оккультистское подобие) с головой и находят в этом психологическое удовлетворение. Таким образом, современная церковь есть ни что иное как разновидность "дисциплинарного санатория" и её "пацифистская" этика, адекватная только для традиционного общества, лишь поддерживает тотальный концлагерь современного мира.
          Между тем, для людей, страстно преданных духу Традиции, осознающих всю глубину падения современного мира, такое положение вещей делается ещё более серьёзным и трагичным. Становится очевидным, что никакими "мирными", реформистскими путями реставрировать традиционное общество, полноценно восстановить религиозные институты невозможно. Невозможно также в современном мире полноценно возродить религиозный дух Традиции в себе, пройти всю полноту инициации, прибегая к ортодоксальному пути, "пути правой руки".

3. МЕТАФИЗИЧЕСКИЕ МАСШТАБЫ ПОДМЕНЫ


          Все религиозные традиции мира солидарны в том, что история движется по нисходящей, что "в конце времён" человечество находится под "левой", карающей дланью божества. Место подлинного, "положительного" Бога занимает его антипод - Сатана, принимаемый большинством профанов. Эта ситуация сказывается, например, на противостоянии двух Мессий перед Концом Света, позитивного и негативного, поскольку однозначно определить "последним людям" кто есть кто будет крайне сложно. Ярче всего данная тематика отражена в учении гностицизма, по которому следует, что в самой основе мироздания лежит страшная катастрофа - подмена одного Бога другим, а именно, узурпация "злым Демиургом-Креатором" пресвятой Троицы. В этой ситуации не Бог должен спасать человека, а человек Бога. Ещё в начале христианской эры гностики заявили о величайшей метафизической катастрофе, плоды которой мы полноценно ощущаем только сегодня. Важно именно то, что нарушены сами пропорции отношения человека с Богом, потому что Бог больше не Бог, и восстание против "современного мира" есть ни что иное как восстание против Злого Демиурга, в конечном счёте, против Сатаны, узурпировавшего мир.
          Итак, апостасийность современного мира имеет глубокие метафизические корни и проецируется на апостасийность мира вообще, мира как факта. На этом онована, по большому счёту, метафизика Христианства, утверждающая Церковь как "ковчег спасения" в безгранично падшем мире. Но, если, как мы разбирали выше, и сама Церковь больше не Церковь, то возникает закономерный вопрос - где Церковь, где "спасение"?
          Во всех религиозных традициях существует намёк на то, что перед самым Концом Времён у людей будет возможность спастись, если они смогут отгадать место спасения, отличить подлинное от ложного. Между тем, само "место спасения" требует своего приготовления. Так в христианской традиции существует предание о "катехоне", Тысячелетнем Царствии, удерживающим добро в мире. Но в данной работе нас интересует не вопрос - где существует это Царствие, - а как это Царствие можно найти, каковы пути подлинной религиозной инициации в мире без Традиции.

4. "ПУТЬ ЛЕВОЙ РУКИ" И ВОЗВРАЩЕНИЕ ТРАДИЦИИ


          Ситуация Конца есть ситуация абсолютной демиургической заданности, внутри которой "спасение" представляется невозможным. Однако именно эта тотальная невозможность и невыносимость ситуации делает любую попытку "обрести истину" качественно лучшей, чем в прошлые времена. Здесь человек один на один сталкивается с вселенскими проблемами, разрешение которых требует сверх-человеческих, фактически божественных усилий. Поэтому для сопротивляющегося силам энтропии человека не существует запретных тем и он ставит ребром все вопросы метафизической значимости. Его противник отныне - сам Денница, и в борьбе с ним необходимо быть, как минимум, равным по силе. Так становится очевидным, что сам вопрос о "спасении" есть вопрос, поставленный не активным соучастником вселенской мистерии, а пассивным, не претендующим на роль Субъекта мировой истории, а довольствующимся ролью вечного Объекта. Не о "спасении" идёт речь у врага Денницы, а о качественном повышении своего метафизического статуса, того, что в христианской традиции определяется как "обожение", т.е. верх совершенства. При этом, необходимо заметить, что именно в Христианстве, в отличие от сугубо креационистских (авраамических) и манифестационистских (политеистических) традиций, ставится ребром вопрос о Сверхчеловеке как следствие идеи Богочеловека. "Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом" - вот метафизическая максима Христианства, сформулированная св. Афанасием, вот он, подлинный христианский вызов.
          Итак, внешняя радикальная ситуация мироздания провоцирует внутреннюю радикальную реакцию человека. Сам факт борьбы с апостасийным "современным миром", как миром Сатаны, гарантирует человеку "спасение", но в самой борьбе человек обретает нечто большее.
          Теперь становится очевидным, почему современное консервативно-революционное движение предпочитает декоративной церкви нонконформные традиции деструктивной гностической ориентации. Обращение к внутренней метафизической основе той или иной религии несравнимо честнее слепого следования догматам, трудноотличимым от конвенциональных моральных клише современности. Так, в случае иудаизма речь идёт о каббалистических традициях (меркаба-гнозис, хасидизм, саббатианство и т.д.), в случае ислама о его шиитской версии (суфизм, исмаилизм и т.д.), в случае ведической традиции о тантрической линии. Что же касается Православия, то однозначно вызывают интерес старообрядческие толки и учение исихазма, а внутри западного христианства тамплиерско-масонские традиции (до определённого момента). Так же понятно обращение к язычеству и древним культам в поисках подлинного.
          Но наибольший интерес представляет обращение к "телемизму", "учению о воле" основателя "сатанизма ХХ в." Алистера Кроули. Показателен факт, что Кроули был выходцем из семьи Плимутских братьев - крайней кальвинистической секты, этические догматы которой неотличимы от современной американской идеологии. Построенная на радикальном отрицании прагматичной конформистской морали Плимутских братьев этика Кроули сегодня как никогда актуальна в борьбе с тем, кого лишь именуют Господом. "Делай что хочешь и пусть это будет твоим единственным законом", "Каждый мужчина и женщина - это звезда" - вот максимы кроулианской философии. Поддержавший большевистский и нацистский эксперименты, Кроули стал вдохновителем всей антибуржуазной культуры андерграунда ХХ в. Обращение к телемизму (или, как его определяют "пути левой руки") сегодня - это прямой удар по мондиалистской морали, необходимый нашей, в действительности сугубо ортодоксальной, позиции.
          "Путь левой руки" есть путь предельно рискованный, это путь героя, путь к Сверхчеловеку. Как древние герои эпохи "бронзового века" могут обрести бессмертие, а могут не обрести, так и "путь левой руки" как путь прямого героического действия, ничего не гарантирует, но прошедший его до конца обретает "всё". Именно этот путь - путь сознательной интеграции в Революцию против "современного мира" есть единственный путь полноценной инициации. Об этом говорил ещё традиционалист Юлиус Эвола, указывая на существующую в ведической традиции структутру тантрической организации "каула", вертикальной по отношению к традиционной сакральной иерархии. Обращение к истине этой подлинной метафизической иерархии становится понятным только сегодня, когда "в мире" уже нет никакой сакральной иерархии и ортодоксальный, "безопасный" "путь правой руки" есть по меньшей мере проявление слабости, а по большому счёту - обыкновенное предательство. Становится очевидным, что подрывная, "сатанинская" линия в культуре и политике "современного мира", восходящая к фигуре Алистера Кроули, а от него - к гностической традиции - есть лишь проявление сугубо традиционной доктрины. В этом смысле силы, следующие "пути левой руки", есть силы не просто "правые", "консервативные", а крайне-правые, не на словах, а на деле стремящиеся совершить Консервативную Революцию и полноценно реставрировать традиционное общество.

5. ОБРЕТЕНИЕ ЦЕРКВИ


          Современный человек есть "последний человек" Ницше, живущий отражённым светом подвешенных невидимой рукой Общества Спектакля звёзд. Осознание своей принципиальной, качественной ущербности, своей порочной оторванности от Национальной Традиции своего народа, а через неё - от Интегральной Традиции всего прачеловечества, есть первый шаг к совершенству. Обрести органичный традиционный дух можно только органичным путём, следовательно, путём радикальным.
          Революция как реальное, сознательное, организованное и, в то же время, спонтанное, действие - есть инициация, обретение качественно нового, сверхчеловеческого состояния посредством действительного радикального опыта. Для каждого отдельного человека - это единственный на сегодня путь "спасения" и "обожения", путь максимально осмысленной Жизни взамен той имитации, которую нам предлагает "современный мир".
          Но независимо от нашего желания, пройдя этот уникальный, сугубо личностный, экзистенциальный путь, мы обретём подлинное органичное единство, свойственное только традиционному обществу "золотого века". Планетарная антимондиалистская Революция несёт в себе целый ряд революций, в частности, Национальную Революцию.
          Церковь есть плоть Христа, миссию Церкви взял на себя Русский Народ. Народ, который должен восстать против "современного мира". Нам нужно единство Церкви, Народа и Государства, но подлинное, а не то, котрое нам презентует марионеточный режим. Сегодня как никогда в истории стоит вопрос о возможности существования России, Русского Народа. Только через Революцию, через организованную Русскую Национальную Революцию можно обрести первозданное единство. Именно в кровавом революционном восстании Народа можно будет точно определить - кто Русский, а кто - нет. Потому что восстанет именно Народ, Русский Народ. Революция как Великое Делание. Революция как всенародная Литургия, как пасхальная служба. Россия - воскреси!
          Только через сугубо личностный, экзистенциальный путь, через свою Экзистенциальную Революцию против общего врага - "современного мира", посредством жестокого обособления своей личности, можно неожиданно обнаружить своё органическое единство со своим Народом, со своим Государством, со своей Церковью.

декабрь 1997

[К оглавлению]


*Глава из книги "Экзистенциальная Революция". См. также: Александр Дугин. "Метафизика национал-большевизма".

<< К оглавлению