Рене Генон

СИМВОЛИКА КРЕСТА

Древо в средоточии мира*

[К оглавлению]


           Ещё один символический аспект идентифицирует крест с тем, что разные традиции описывают как "Древо в средоточии мира". Абдуль-Вахид Йахья. Известен под кличкой Генон. Смертельно опасен. Иногда оно выступает под другими эквивалентными именами. Прежде мы уже показали, что это Древо - один из многочисленных символов "Мировой Оси" 1. Оно есть то же самое, что вертикаль креста, олицетворяющая ось мира, и, поскольку более всего нас интересует крест, отметим: его вертикаль образует ствол Древа, а горизонталь (или две горизонтали, если речь идёт о трёхмерном кресте) образует ветви. Древо стоит в центре мира, или, правильнее сказать,- одного из миров, принадлежащего к той сфере, в которой такое состояние существования, как человеческое состояние, обретает своё раскрытие. Так, например, если рассматривать библейскую символику, то Древо жизни, посаженное посередине Земного Рая, будет образом, олицетворяющим центр нашего мира. В наше намерение вовсе не входит исследовать символику Древа во всех её аспектах, однако некоторые связанные с этой символикой моменты непосредственно касаются темы данной книги.
           В Земном Раю росло не только Древо жизни, но и ещё одно Древо, сыгравшее не менее важную и, уж во всяком случае, более известную роль - речь идёт о Древе познания добра и зла2. Сказано, что оно также росло "посреди рая" 3; как сказано и то, что, вкусив от плода Древа познания4, Адам должен был лишь протянуть руку, чтобы сорвать и плод Древа жизни5. Во втором из приведённых нами отрывков налагаемый Богом запрет связан с "Деревом посреди Рая", о котором более ничего не сказано: но если мы обратимся к другим местам, где упоминается этот же запрет6, станет ясно, что имеется в виду Древо познания добра и зла, и в обоих случаях речь идёт именно о нём. Вероятно, это сближение, основанное на отождествлении, и стало причиной того, что символики двух деревьев оказались тесно переплетены между собой, фактически - многие из эмблематических обозначений Мирового Древа имеют черты и Древа познания, и Древа жизни; однако остаётся необходимым объяснить то, на чём это сближение основано.
           Природа Древа познания добра и зла двойственна, о чём говорит само его имя, ибо в нём соединены два термина, которые, воистину, не дополняют дрeг друга, а друг другу противоположны, и можно сказать, что raison d'etre данных понятий как таковой в этом противопоставлении заключён, ибо, будь оно преодолено и снято, не может даже возникнуть самого вопроса о добре и зле. О Древе жизни подобного сказать нельзя; наоборот, выполняя функцию Мировой Оси, оно по сути своей означает единое. Соответственно, если обнаруживается, что так или иначе Древо выражает идею двойственности, то в данном случае подразумевается Древо познания, пусть в остальном этот символ, несомненно, имеет все черты Древа жизни. Именно так обстоит дело с Сефирическим Древом еврейской каббалы. Оно действительно соответствует Древу жизни, и всё же его "ствол левой руки" и "ствол правой руки" выражают идею двойственности; однако между ними возвышается "серединный ствол", в котором достигается баланс двух противоположных тенденций, а тем самым восстанавливается единство Древа жизни7.
           Прибавим к вышесказанному, что для Адама двойственная природа Древа познания проявляется лишь в момент Грехопадения, уже после того, как стал он "знающим добро и зло" 8 - оказался изгнанным из центра, который есть место Изначального Единства - именно ему и соответствует Древо жизни. И чтобы "охранять путь" к Древу жизни, поставлен у входа в Эдем Херувим ("тетраморф", синтезирующий в себе четверицу элементарных стихий) с мечом пламенным9. Центр этот для падшего человека недоступен, ибо тот потерял "чувство вечности", которое также есть и "чувство единства" 10; вернуться к центру, восстановив Изначальное Состояние, и достигнуть Древа жизни - значит вновь обрести "чувство вечности".
           Кроме того известно, что и сам крест Христа символически отождествлялся с Древом жизни (lignum vitae) - основания для подобного отождествления достаточно прозрачны; однако согласно бытовавшей в Средние века "Легенде о Кресте" он был сделан из ствола Древа познания, и тем самым, послужив орудием Падения, Древо познания стало и орудием Искупления. В этом можно обнаружить связь идеи "падения" с идеей "искупления", которые в некоторых других отношениях друг другу противостоят; и в этом же сближении скрыта аллюзия на восстановление Изначального Состояния11; в таком случае, Древо познания обретает новый облик и в чём-то уподобляется Древу жизни, когда двойственность эффективно реинтегрируется в единство12.
           В этой связи можно вспомнить "медного змея", которого Моисей "выставил на знамя" в пустыне13 - он также известен как символ искупления; тогда шест, на котором змея несли, есть эквивалент креста - и в нём также "просвечивает" Древо жизни14. Но, как бы то ни было, чаще всего змей ассоциируется с Древом познания; в этом случае акцент делается на губительном аспекте, присущем данному символу: как уже было указано нами в другом месте, нередко символы несут в себе два противоположных значения15. Змея, олицетворяющего жизнь, не следует смешивать со змеем, олицетворяющим смерть, как недопустимо неразличение змея, который символизирует Христа, и змея, символизирующего Сатану (пусть даже их комбинаторика даёт столь необычный образ, как фигура двуглавого змея - amphisobena).
           Можно добавить, что связь этих двух противоположных аспектов в чём-то подобна связи между Древом жизни и Древом познания16.
           Чуть выше мы видели, что дерево, имеющее троичную форму, каковым является Сефирическое Древо, определённым образом может синтезировать в себе и природу Древа жизни, и природу Древа познания, объединяя их в одно целое, поскольку триада может расщепляться на единое и двойственное, суммой которых она является17. Порой можно встретиться не с одним деревом, а с тремя, чьи корни переплелись под землёй,- тогда среднее из них будет Древом жизни, а два других соответственно будут олицетворять двойственность, присущую Древу познания. Нечто подобное прослеживается и в образе креста Христова, помещённого между крестами доброго и злого разбойников: стоят они по правую и левую сторону распятого Христа, как будут стоять избранные и отверженные на Страшном суде. Ясно олицетворяя собой добро и зло, в то же время эти два распятия, через свою связь с Христом, соответствуют Милосердию и Твёрдости - двум характеризующим атрибутам, применяемым по отношению к крайним стволам Сефирического Древа. Крест Христа всегда расположен в центре, это место принадлежит исключительно Древу жизни; когда его помещают между солнцем и луной, как на большинстве ранних изображений, общий смысл сохраняется - этот крест есть действительно Мировая Ось18.
           В китайской символике встречается дерево, ветви которого попарно сплелись концами, выражая тем самым слияние противоположностей или растворение двойственного в едином. Иногда можно встретить одно такое дерево, чьи ветви расходятся в стороны, чтобы сплестись вновь, иногда - это два дерева, растущие из одного корня и сцепившиеся ветвями19. Все они являются изображениями процесса универсальной манифестации: всё берёт своё начало в едином и к единому возвращается; этому промежутку становления и присуща двойственность, разделение или различие, от которого и проистекает манифестированное существование. Тем самым эти символы, как и рассматриваемые нами ранее, соединяют в себе и идею единого, и идею двойственного20.
           Существует также и изображение двух отдельно стоящих деревьев, объединённых общей ветвью (этот символ известен под именем "сросшихся деревьев"). В данном случае наличие на общей для двух деревьев ветви отростка ясно говорит о том, что мы имеем дело с двумя дополняющими друг друга принципами и порождаемым ими единством. Это порождение можно считать образным выражением самой универсальной манифестации, итогом единения "Неба" и "Земли" (которые есть дальневосточные эквиваленты Пуруши и Пракрити) или взаимодействием "ян" и "инь" (то есть действием одного из них на другое - и ответным воздействием последнего), мужского и женского элементов, от которых происходит всё сущее и которые во всём сущем участвуют; сочетание их в совершенном равновесии даёт (или воссоздает) изначального Андрогина21.
           Но вернёмся к образу Земного Рая: от его центра, то есть - от самого подножия Древа жизни, берут начало четыре реки, что текут на четыре стороны света, являя собой проекцию креста на плоскость земного мира и тем задавая план, соответствующий данной сфере человеческого состояния. Эти четыре реки, соотносимые с четверичностью элементов22 и берущие начало из одного источника, который соответствует изначальному эфиру23 делят круговую ограду Земного Рая на четыре части (соответствующие четырём фазам циклического развития) 24. Сама же круговая ограда может рассматриваться как горизонтальное сечение сферы, являющейся как бы образом вселенной25.
           То, что Древо жизни возвышается посреди Небесного Иерусалима, не требует дополнительных объяснений, особенно в свете сказанного о связи Небесного Иерасулима с Земным Раем26: это есть знак деинтеграции всего сущего в Изначальное Состояние, когда конец цикла соответствует его началу - позже мы ещё вернёмся к этому более подробно. Обращает на себя внимание тот факт, что в символизме Апокалипсиса Древо жизни даёт двенадцать плодов27, которые могут быть уподоблены двенадцати Адитьи индуистской традиции28. Эти двенадцать Адитьи есть двенадцать форм солнца; все они одновременно явятся в конце цикла, обретая таким образом неотъемлемое от их общей природы единство - ведь они есть несколько манифестаций одной единственной неделимой сущности, Адити, которая соответствует единой сущности самого Древа жизни, в то время как Дити соответствует двойственной сущности Древа познания добра и зла29.
           Прибавим к этому, что в различных традициях образ солнца часто связан с образом дерева, словно солнце - плод Мирового Древа; в начале цикла солнце покидает дерево, чтобы вернуться в конце на то же место30. В китайских идеограммах обозначению заката соответствует условное начертание, показывающее солнце, зависшее над деревом на исходе дня (аналогичного концу цикла); понятию темноты соответствует изображение солнца, упавшего к подножию дерева. В Индии можно встретиться с изображением тройного дерева, несущего на своих ветвях три солнца - этот образ соответствует Тримурти.
           Двенадцать же солнц дерева, о котором говорилось выше, соответствуют, как и Адитьи, две-надцати знакам Зодиака или двенадцати месяцам года: в некоторых случаях таких солнц десять - в пифагорейской доктрине десять есть число законченности цикла31. В целом же различные солнца соответствуют различным фазам цикла; они отделяются от единого в начале цикла и возвращаются к нему в конце, который совпадает с началом следующего по причине непрерывности всех модусов универсального Существования32.

[См. след. главу]


*Глава из книги.

1"Le Roi du Monde", ch. II; о Мировом Древе и различных его формах см. также "L'Homme et son devenir selon ie Vedanta", p. 68. Среди сочинений мусульманских эзотериков весьма известен трактат Мохаэддина ибн Араби, озаглавленный "Древо Мировое". (Шаджаратул-каун).

2 О растительном символизме и связи его с Земным Раем см.: "L'Esoterisme de Dante" ch. IX; "Le Regne de la Quantite et les signes des Temps", ch. XX.

3Быт., 2, 9 ["И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла"].

4Быт. 3, 3 ["Только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть"].

5Быт., 3, 22 ["И сказал Господь Бог: вот Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простёр он руки своей и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно"].

6Быт., 2, 17 ["А от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрёшь"].

7О Сефирическом Древе см.: "Le Roi du Monde", ch. III. Точно так же в средневековом символизме Древо жизни и смерти имеет две стороны, и плоды одной из них соответственно олицетворяют добрые деяния, а другой - злые. Это Древо имеет явное сходство с Древом познания добра и зла, но в то же время его ствол, который есть Сам Христос, отождествляется с Древом жизни.

8Быт., 3, 22. Когда "открылись глаза у них обоих", Адам и Ева прикрыли свою наготу смоковными листьями. Обратим внимание на то, что и в индуистской традиции Мировое Древо представлено смоковницей; напомним также и о роли, которую это дерево играет в Евангелии.

9Быт., 3, 24 ["И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едем-ского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни"].

10См.: "Le Roi du Monde", ch. V.

11 С этой символикой, очевидно, связаны слова апостола Павла о двух Адамах (1 Кор., XV). Изображение у подножия креста черепа Адама, ибо, согласно легенде, Адам был похоронен именно на Голгофе ("месте черепа"), есть лишь иное символическое выражение всё той же связи.

12Заслуживает внимания тот факт, что крест, в его изначальной форме, присутствует среди египетских иероглифов, и тогда понятий-но соответствует "здоровью" (например, в имени Птолемея "Сотер" ["Спаситель" по-гречески. - Прим. перев.]. Знак этот весьма сильно отличается от crux ansata или "скреплённого вервием" креста (ankh), который, в свою очередь, выражал идею "жизни" и часто использовался в качестве символа христианами первых двух веков н. э. Не совсем ясно имел ли первый из этих двух иероглифов какую-либо связь с образом Древа жизни - и тем самым не привело ли это к соединению двух форм креста в одной, так что значение их стало отчасти идентичным; но, в любом случае, существует очевидная связь между идеей "жизни" и идеей "здоровья".

13 Чис., 21, 8 ["И сказал Господь Моисею: сделай себе [медного] змея и выставь его на знамя, и [если ужалит змей какого-либо человека] ужаленный, взглянув на него, останется жив"].

14Таков же смысл посоха Асклепия; что касается кадуцея Гермеса, то две змеи, видимых нами, соответствуют двойственному значе-нию этого символа.

15"Le Roi du Monde", ch. III.

16Змей, обвившийся кольцами вокруг дерева (или посоха): этот символ встречается почти во всех традициях; позже мы остановимся на том, каково его значение в свете геометрической репрезентации бытия и его состояний.

17Упоминаемое в одном из пассажей "Астреи" Оноре д'Юрфе дерево с тремя побегами, очевидно, связано с традицией, имеющей друидическое происхождение.

18Идентичность креста Мировой Оси с наибольшей полнотой выражена в девизе артезианцев: "Stat Crux dum volvitur orbis". Ср. символ мировой Сферы, где полюс увенчан крестом, и тем самым кресту опять же отведена осевая роль (см.: "L'Esoterisme de Dante", ch. VIII).

19Эти два вида символов особенно характерны для вазовых рельефов ханьского периода.

20У дерева, о котором идёт речь, трёхдольные листья принадлежат сразу двум ветвям, а концы ветвей увенчаны цветами в форме чаши; вокруг вьются птицы, порой те же птицы сидят на дереве. О связи между символикой птиц и древесной символикой в разных традициях см.: "L'Homme et son devenir...", ch. III. В этой главе приведены различные тексты Упанишад и евангельская притча о горчичном зерне. Если обратиться к примеру, взятому из скандинавской традиции, то мы встретим двух воронов - вестников Одина, сидящих на ветвях ясеня Игдрасил, который является одной из форм Мирового Древа. В средневековой символике опять-таки можно найти птиц, сидящих на дереве Peridexion, у подножия же дерева изображён дракон. Имя этого дерева есть искажённое Paradision, и то, что оно подверглось такой деформации, кажется весьма странным, разве что с какого-то момента люди перестали понимать его смысл.

21Порой вместо "сросшихся деревьев" можно встретить другой символ: две скалы, что соединены вместе похожим образом; в любом случае, между деревом и скалой (являющейся эквивалентом горы) существует тесная связь; и дерево, и скала символизируют Мировую Ось, в большинстве традиций прослеживается и более общая параллель между камнем и деревом.

22Каббала соотносит эти четыре реки с четырьмя буквами, составляющими слово - PaRDeS.

23В традиции Fideli d'Amore - это Источник Юности (fons juventutis). Его всегда изображают у подножия дерева. Воды этого источ-ника могут быть приравнены к Напитку Бессмертия (arnrita индуистской традиции). Очевидна связь Древа жизни с ведической Со-мой и маздеистской Хаомой (см.: "Le Roi du Monde", ch. IV, V). Упомянем также в этом ряду и Росу Света, которая, согласно ев-рейской Каббале, эманируется Древом жизни; ею можно воскрешать мёртвых (см.: Ibid., ch. III). Важную роль роса играет в гер-метическом символизме. В дальневосточной традиции встречается упоминание о "Древе Сладостной Росы", растущем на горе Куань-Лунь, часто выступающей как эквивалент горы "полюса" Меру и других священных гор. (Мы сказали, что гора, как и Древо, является символом Мировой Оси). В соответствии с уже упоминавшейся традицией Fideli d'Amore (см.: Luigi Valli, "II Languaggio segreto di Dante e dei Fideli d'Amore") этот источник есть также и Ключ Догмы, символически связанный с идеей сохранения изначальной традиции в духовном центре мира. В ином месте мы указали, что эта соотнесённость Изначального Состояния и Изначальной Традиции позволяет понять истинную сущность Священного Грааля, проявляющегося то как Чаша, то как Книга (см.: "Le Roi du Monde", ch. V). Можно вспомнить и связанный с христианским символизмом образ агнца, стоящего на вершине горы с Книгой, запечатанной семью печатями; по склонам же горы стекают четыре реки (см.: Ibid., ch. IX). Позже мы объясним соответствия, существующие между такими символами, как Древо жизни и Книга жизни. Иного рода символизм, заставляющий задуматься о весьма любопытных параллелях, может быть обнаружен у некоторых народов Центральной Америки: "На пересечении двух перпендикулярных диаметров, проведённых в круге, водружается священный кактус пейотль, или хакоури, который символизирует Чашу Бессмертия, расположенную в центре священной сферы и центре мира" A. Rouhier, "La Plante qui fait les yeux emerveilles. Le Peyoti", p. 154). О четырёх реках: ср. также четыре Жертвенных Чаши Ribhus в Ведах.

24См.: "L'Esoterisme de Dante", ch. VIII, где, упоминая "Критского старца", олицетворяющего собой четыре возраста человечества, мы указали на существование связи по аналогии между четырьмя реками Гадеса [то есть Ада. - Примеч. перев.] и четырьмя реками Земного Рая.

25См.: "Le Roi du Monde", ch. XI.

26См.: "Le Roi du Monde", ch. XI. Сама форма Небесного Иерусалима, имеющего в плане не круг, но - квадрат, свидетельствует о том, что в данном цикле в конце было достигнуто равновесие. О цикле см.: "Le Regne de la Quantite..." ch. XX, p. 194-195.

27Апок., 22, 2. Плоды Древа жизни есть золотые яблоки сада Гесперид; Золотое Руно аргонавтов также висит на дереве, охраняемом змеем или драконом, - и есть не что иное, как ещё один символ бессмертия, которое должен вернуть себе человек.

28См.: "Le Roi du Monde", ch. IV, XI.

29О Дэвах, приравниваемых к Адитьи, сказано, что они происходят от Адити (неделимость); от Дити (разделение) происходят Дайтьи или Асуры. В определённом смысле Адити при этом есть и Изначальная Природа, то, что по-арабски называется Эль-Фитра.

30Не в последнюю очередь это связано с переходом имён некоторых полярных созвездий на зодиакальные и "vice versa" ("Le Roi du Monde", ch. X). В некотором смысле солнце может быть названо "сыном полюса", отсюда приоритет "полярной" символики над "солярной".

31Ср.: в индуистской доктрине десять Аватар, что манифестируют себя в течении Манвантары.

32 Народы Центральной Америки выделяют четыре эры, на которые делится период великого цикла, и каждой из эр управляет своё солнце. Имена этих солнц происходят от четырёх соответствующих первоэлементов.

<< К оглавлению