ЗЛЁСТЫ

ББК 84.Р1

В КОСМОС МЫ ЛЕТАТЬ НЕ БУМ

       Можно писать стихи, а можно стихи не писать. Православие и подлинное творчество — казалось бы, совместимы не то, что.., — нет, не совместимы совсем. Тут либо выпадение в декларативность — плохо скрываемую — пускай версификатор себе на нос`ах — либо (но это всё по части уже давно совсем) псалом; попытка: “Глядя на мир, триумфирады Господу” Юрия Горского. Скажи, как по-твоему, Юра? получилось?
       Однако не забудем о теодицее, “традиционной” для русской поэзии: основатели, затем Пушкин, Боратынский. В данном случае — “Злёсты” — речь о Творении как второй инстанции. Велика опасность — при всём вот этом — вложиться в такой пантеизм, где Природа — первая инстанция. Прелесть неоспорима: кто — разве выродков демократов (ура! прогресс; гуманизм превыше всего; либеральность вероисповедания и т.д.) — может не понять о чём речь? Всякий стучит лбом об пол. Вопрос: к`ак стучать? Отношение к природе... оно — из него соделывается человек и его представление. Крайний случай для Горского, “Врачебница-Матерь” — персонификация борейского топонима “Еления” — надо понимать, Лада — Световая Роженица, соотносимая с Богоматерью. Но здесь она — до, предхристианская, не Богоматерь, а Лада. Впрочем, влетают “братья-птахи с валаамским роспевом” — и всё как надо. Это “апокриф вправо” — “неканоничность” восхваляемой Горским священной исихии, от которой хульно открещиваются апостаты-нововеры.
       Впрочем, большинство стихов сборника обвнеществлено вплоть до бытовой зарисовки. Однако из пейзажа вырывается иерофания — невидимое через видимое. По очевидности, переживание душевное (а не духовное). А что кроме этого читателю? Стихи (просто стихи, не духовный стих) нужны именно за отношения с душой. Вот вопрос: совпадёт ли? “Злёсты. Прогулка на ночь” — кульминация смыслов, прыжок микрокосмоса в бушующий вангоговскими протуберанцами звёзд — “злёст” — макрокосмос “в радикальном взрыве”: слава Богу, на сей раз не по профаническому Эдвину Хабблу.
       О поэтике молчу. Интересная поэтика.
       Добавлю — Горский не из тех, кто собирается “полететь в космос на самоваре” (привычные ассоциации с людьми этого...). С самовару хорошо чай пить. С вафлями. С “Истринскими”. Горский это прекрасно понимает. А в космос мы летать не бум — долой религию Гагарина! нужно смотреть в Космос. А это Горский уже особо понимает. Спасибо ему за это! Спасибо!

Олег Фомин, издатель

© Ю. Горский, 2000.
© Рисунки Д. Шелихов, 1994.
© Вёрстка, предисловие, обложка, рисунки О. Фомин, 2000.

“Бронзовый Век”, 143400, г. Красногорск, ул. Железнодорожная, д. 1 а, кв. 42. Тел.: 562-57-19.



“Беспокойная близость природы...”
                          А. Тарковский

ГЛЯДЯ НА МИР, ТРИУМФИРАДЫ ГОСПОДУ

I

Мир полон мечт
и разных таин:
чем Он и нечт,
в чём Он и славен.

II

Он нам явил
бессрочной ссудой,
как Гавриил —
избыток чуда.

III

Окрест костров,
в лучах Грааля —
раскатом строф
к Нему взывали,

IV

слагая гимны,
псалмы, молитвы,
где Он — Един
единым ритмом:

V

был прост и ясн,
как ликом Ника,
как Яблов Спас,
как ежевика

VI

лесов, где сонмы
ягод — грозди,
да многотонны
в различном росте:

VII

деревья, травы,
горы. Дабы,
всегдашней славой,
вточь эскулапы,

VIII

врачуя дух,
настроить лиру,
когда не глух
служенец — Миру,

IX

когда ежночен,
ежедневен
и любит очень
медовый ревень.

X

А Мир — всем нечт,
а Мир — всем славен,
исполнен мечт
и разных таин!

22/26 января 1993

 


ЕЛЕНИЯ

Не переставая о тебе думать — я всех победил.
Враги — пали. Как зелень осенью, что желтеет
глазами трав и листвы: полян и древ.

Надо ли говорить тебе, что люблю?
Как если бы птице — “лети”, а волку — “рыскай”.

Нет... Ибо тропы вен дома моего
корнями рук моих
уходят в глубь тебя тебейную,
как и нутрь меня самого.

Ты — Еления — ель, кулугуров колчан,
посох факельный, трояновый,
таишь и ткёшь себя — мне.

Надо ли говорить тебе, что ты — моя всё,
а я — твой — весь.

Нет... Запятаясь восклицаниями,
я скажу: эх, всемоямоя,
сорвись, голова моя,
и катись к ногам твоим,
как солнце заполночь.
Гори, сердце моё, ветром волос твоих.
Бейся и пенься, кровь моя, шёпотом слов твоих.

Здравствуй, Еления, здравствуй!

29/30 мая 2000

 

МАРТ

Рассолянило с лихвой:
намешал трясину март
под неряшливый конвой,
будто прибыл Бонапарт,

растащив реквизу зьмы
на лепёхи луж и грязь,
и созвучно звуку “ы”
с переходом в нудный “ась”,

приобрёл патрицу нег
в виде солнечных лучей —
льдины солнышком распек
и прибавил в рост речей.

А потом ещё с ума —
как положено — сводил,
в смысле: пением письма
надэфиренных светил,

тем артикулом поцельсий,
тем термометром тепла
и добавкой акварельси,
той, что по небу плыла,

той, что в очи западала,
как всепетая любовь,
на губах блистая алым,
изгибая в бубен бровь,

наполняя сердце Кем-то,
да! умело приводя
человека-пациента
в уникальность бы-ти-я...

18 марта 1993



АПРЕЛЬ

Солнца блеск на своде бритом —
облака волос — под ноль.
Небо Божье Афродитой
будит прорубей юдоль:

плещет бархатом бумаги —
голубее блюдец глаз,
ближе к омроку, однако
небо в акрах водных масс

на небесном континенте
без особливых границ,
чем в ином: прибавкой ренты
для белёсо-сиплых мисс...

13/14 апреля 1995


МАЙ

Небо синее, стало быть, чистое,
а весна почему-то безлистая,
хоть деревья, как пальцы, разомкнуты,
всё же ветви чуть зеленью тронуты.

То весна — как жена моложавая —
точно девушка грудию малою,
точно бочка в боках круглобедрая —
нарумянилась солнечной цедрою...

7/8 мая 1994


ТОРЖЕСТВО ВЕСНЫ

Торжество весны довершилось в мае —
взрывом листвы, как я полагаю,
ибо листва одолела зиму,
подобно двум бомбам вблизи Хиросимы,
или прочим хлыстам, где главенствует встряска.
Словно Фомою на антипасху

весна ворвалась! кверхтормашкой, кошмаром,
жаром жаровень, прожектором фары,
лентой асфальта, лентою пыли,
в общем, всем тем, по чему бороздили.
Лучше б заснуть в пожарище этом,
увидев метель на поверхности гдетой,

не картинкой из книг и не фотоснимком,
достоверней, чем явь, — чтоб снежинка былинкой —
чтобы белым-прибелым был бы мир весь охвачен,
так же, как прежде, ни чуть не иначе;
и тогда среди солнца, слепцом коченея
— здравствуй зима — прокричать смог весне я...

20/22 апреля 1995

[см. продолжение]